Ж у р н а л   о   к о м п ь ю т е р н ы х   с е т я х   и   т е л е к о м м у н и к а ц и о н н ы х   т е х н о л о г и я х
СЕТИ И СИСТЕМЫ СВЯЗИ on-line
  ПОИСК: ПОДПИСКА НА НОВОСТИ: НОМЕР:
    ДОМОЙ • Архив: Новостей | Конференций | НомеровПодписка
 
   
 
   
    
РЕДАКЦИЯ
 
Все о журнале
Подписка
Как проехать
Где купить
Отдел рекламы
График выхода журнала
Адреса в Интернет

РУБРИКАТОР
   
• Инфраструктура
• Информационные
   системы

• Сети связи
• Защита данных
• Кабельные системы
• Бизнес
• Колонка редактора
• Электронная
   коммерция

• Только на сервере
• Системы
   учрежденческой
   связи

• Новые продукты


Rambler's Top100

  

Как делили «последнюю милю»

А. Н. Новичков

Российские естественные монополии, в первую тройку которых входят электросвязь, электроэнергетика и железнодорожный транспорт, под влиянием меняющихся внешних и внутренних экономических условий и при активном участии законодателей и антимонопольной службы переживают период активных преобразований. Цель их — предоставить конечному потребителю возможность выбрать поставщика услуг, наиболее подходящих ему по качеству и цене.

Можно с уверенностью сказать, что первопроходчиком в деле демонополизации/либерализации своего рынка стала отрасль связи. Она «обкатывает» на себе те основные технологии, которые впоследствии, вероятнее всего, будут распространены и на другие естественные монополии. Начало активным реформам здесь положено принятием концепции развития отрасли в 2000 г. и закона «О связи» в 2003 г. С тех пор Госдумой принято еще c десяток федеральных законов, непосредственно относящихся к отрасли, а правительством — десятки постановлений.

При этом, несмотря на то что российская отрасль связи реформируется из своего постсоветского состояния, как ни странно, мы ненамного отстали в этой сфере от других стран с вековыми рыночными традициями (табл. 1), где эта отрасль тоже до последнего времени была в значительной степени монополизирована. И, как ни в какой другой отрасли, реформы связи в России оказались близки к конечному потребителю, который, образно говоря, на своем собственном телефонном аппарате ощутил их действие.

Один за другим рушатся застарелые стереотипы мышления российского пользователя традиционной телефонии. Первым ярким знаком перемен стало правило «платит звонящий», которому были вынуждены следовать пользователи стационарных телефонов, сначала звоня на мобильные, а с введением повременной оплаты местной связи и на все остальные номера. Затем, с демонополизацией дальней связи, абоненты вдруг обнаружили, что для выхода на межгород им нужно выбрать одного из нескольких предлагаемых операторов (режим hot-choice). А теперь выясняется, что тем, кто решил воспользоваться DSL-доступом к Интернету, нужно еще и выбирать провайдера. В Москве, например, за внимание DSL-пользователей, как это ни странно, уже борются два «близких родственника» — МГТС и «Комстар-директ»(«Стрим»).

Впрочем, для пользователей любая конкуренция провайдеров — большой плюс: в данном случае для своей телефонной линии он выбирает наиболее выгодное предложение. Совсем иные чувства испытывает оператор: на его священную собственность — телефонную пару к абоненту — вдруг начали претендовать какие-то посторонние провайдеры, чтобы предоставить, например, ту же услугу DSL-доступа или что там им еще придет в голову. Именно эта частная тема (ADSL-доступ) стала лейтмотивом конференции «Взаимодействие операторов в условиях недискриминационного доступа к рынку связи», прошедшей в Москве 22 октября.

Суть обсуждаемых на ней проблем состояла в том, что если либерализация услуги дальней связи нормативными актами регламентирована полностью (постановление Правительства о «Правилах присоединения сетей электросвязи и их взаимодействия» от 2005 г. и целый шлейф последующих приказов и постановлений), то в отношении недискриминационного доступа (НДД) к ресурсам «последней мили» законодательная база пока отсутствует, что порождает множество проблем, об остроте которых можно судить по жалобам, поступающим в надзорный орган отрасли связи и в Федеральную антимонопольную службу (ФАС) от альтернативных операторов на компании холдинга «Связьинвест» и на других крупных операторов электросвязи, относящихся к категории «существенных», или, как сказано в законе «О связи», операторов, «занимающих существенное положение в сети связи общего пользования».

Можно было ожидать, что большая часть конференции будет состоять из взаимных сетований альтернативных операторов (АО) и существенных (СО) на то, что последние дискриминируют первых в доступе к «последней миле», а первые необоснованно захватывают ресурсы последних. Однако проблема оказалась гораздо шире, чем «раскулачивание» СО, и затрагивает самых разных участников взаимодействия в ходе оказания телекоммуникационных услуг, и даже тех субъектов экономических отношений, которые имеют далекое отношение к связи. Если же копнуть глубже, то в соответствии с названием конференции, в котором акцент сделан на словосочетании «доступ к рынку услуг», в конечном счете речь шла не столько об операторах, сколько о пользователях, ведь именно через «последнюю милю» им должно открываться все богатст-во приложений телекоммуникаций.

Кто здесь «существенный»?

Поскольку данная конференция задумывалась как некий этап согласования будущей нормативной базы со всеми игроками рынка связи, на ней были представлены докладчики от всех заинтересованных сторон. На уровне руководителей или заместителей были представлены Мининформсвязи, ФАС, Федеральная служба по тарифам, ОАО «Связьинвест». Со своими соображениями выступали также представители от Государственной Думы, производителей оборудования и, собственно, альтернативных операторов. Экспертизу же предметной области Мининформсвязи поручило консалтинговой фирме Ernst & Young, на ее выкладках ниже показаны главные этапы формализации задачи обеспечения НДД и основные подходы к расчету затрат и тарифообразования.

Как уже было отмечено выше, подобную задачу (НДД к ресурсу связи) совсем недавно решали западные страны, поэтому в определении базовых понятий и методологий можно опереться на уже существующий опыт. Собственно, и вся российская терминология перенята оттуда. Сам процесс предоставления НДД к ресурсу связи, или к компоненту интегрального понятия «послед-ней мили», там получил название Local Loop Unbundling (LLU).

Начнем с определения тех компонентов, которые подпадают под нормативное регулирование НДД. Это сеть абонентского доступа (САБД, которую у нас по простоте обычно и называют «последней милей»), линейно-кабельная канализация (ЛКК), площади в технологических помещениях, на которых АО может размещать свое оборудование, а также различное инженерное обеспечение (электропитание, кондиционирование и т. п.)

Очень важным моментом в методологии обеспечения НДД является определение существенного и альтернативного операторов. Существенным оператором в данном случае является владелец «существенного», или незаменимого, ресурса (essenical facility) — любого из вышеперечисленных, а альтернативным — оператор, запрашивающий этот ресурс. Ресурс может получить статус незаменимого по причине технической, экономической или юридической недоступности.

Скажем, если линия абонентского доступа слишком длинная, ее можно отнести к категории незаменимого ресурса по экономическим причинам. Случай юридической недоступности — это когда ЛКК проходит по территории «закрытого» предприятия. Технически же ресурс является недоступным, когда, например, в ЛКК жилого дома не осталось места для дополнительного кабеля, и тогда уже проложенная линия тоже относится к категории незаменимого ресурса. Таким образом, сегодня возможны случаи, когда существенный в традиционном понимании оператор может поменяться местами с альтернативным. И это принципиальное отличие зафиксировано в законодательной базе многих стран.

Поскольку в данном случае речь идет не о величине коммутируемой емкости или объеме пропускаемого трафика, то можно говорить, что у нас уже есть случаи, когда инфраструктурой доступа к тем или иным объектам монопольно владеют АО, на часть ресурса которых вполне могут претендовать другие операторы, в том числе «существенные» в традиционном смысле. Хотя в аспекте рассматриваемой темы данный вопрос здесь и не затрагивается, но «абсолютно существенными» с точки зрения инфраструктуры доступа на сего-дня в России являются операторы сотовой связи (что с особым удовольствием в своих докладах подчеркивали представители «электросвязей», имеющие к ним свои счеты).

Уровни доступа

Собственно, и сам доступ к ресурсу («последней миле») может осуществляться на разных уровнях (см. рисунок). Рассмотрим три основных способа доступа на примере предоставления услуги широкополосного доступа (ШПД) и голосовой связи.

Полный доступ к ресурсу (full unbundling/raw copper access). При условии что существенный оператор владеет абонентской линией связи, альтернативный имеет к ней полный доступ. Благодаря этому он на основе собственного оборудования единолично оказывает услуги как ШПД, так и телефонии. Существенный же оператор осуществляет техническую поддержку линии связи и ее обслуживание.

Совместный доступ (shared line access). Контроль над линией связи находится у СО. В доступ АО отдается часть спектра для ШПД на базе DSL. В результате абонент получает услуги традиционной телефонии от существенного оператора, а ШПД — от альтернативного. Оборудование АО может располагаться на территории СО.

Предоставление доступа на уровне услуг (bitstream access). В этом случае и медная пара, и все каналообразующее и коммутирующее оборудование принадлежит СО. С точки зрения АО, у него нет физического доступа к ресурсу связи, и для оказания услуги он пользуется оборудованием СО.

Впрочем, в некоторых европейских странах выделяют и более высокие уровни принудительного «расшивания» (unbundling) коммуникационных ресурсов вплоть до уровня бизнес-процессов. Так, во Франции в свое время предполагался доступ на уровнях local traffic resale и subscription resale, или предоставление доступа к процессу розничной продажи телекоммуникационных услуг. Это тот самый механизм, который волшебным образом превращает сеть розничных магазинов или залов фитнеса в телекоммуникационного оператора.

Когда придется делиться

Отдельно необходимо рассмотреть предлагаемые принципы регулирования доступа к различным компонентам ресурса доступа. Если абонентская линия (медная пара или ВОЛС) является незаменимым ресурсом, будь ее владелец существенным оператором или альтернативным, согласно мировой практике антимонопольного регулирования телекоммуникаций, доступ к ней должен быть открыт на неограниченное время (табл. 2). Исключение делается лишь для ВОЛС, при условии что остается открытым доступ к ЛКК. То есть, если оператором в дом проложено оптоволокно, но не существует ограничений на то, чтобы проложить еще и медь или другую оптоволоконную линию, первопроходец может не делиться с другими (конечно, при отсутствии юридических и экономических условий, которые делали бы этот ресурс незаменимым). Другой вопрос, что открытие доступа может быть предписано осуществлять в зависимости от ситуации либо на уровне услуг, либо на уровне совместного доступа (см. рисунок).

Планируемые к реализации принципы НДД предполагают вовлечение в сферу регулирования и других собственников телекоммуникационной инфраструктуры, не являющихся на сегодняшний день официальными участниками отношений на рынке связи. Так, если какой-то завод или организация, занимающие определенную территорию, являются и собственниками ЛКК (но только ее), которая представляет собой незаменимый ресурс, такая организация будет обязана предоставить доступ к ней другим операторам на неограниченный срок.

Что касается элементов «последней мили», не являющихся незаменимыми ресурсами (non-essentical facilities), то планируется, что доступ к ним не будет подлежать регулированию, за исключением абонентских линий (медная пара или ВОЛС), принадлежащих СО. Но даже в этом случае возможно, что требование предоставлять доступ к такому ресурсу на уровне совместного доступа или на уровне услуг будет ограничено сроком в 5 лет.

Такой порядок обеспечения НДД вполне согласуется и с мировой практикой, хотя в некоторых странах имеются свои особенности. Так, в США если оператор протянул к абоненту оптоволокно в дополнение к имеющейся медной паре или же построил ВОЛС, что называется, с нуля, то регулятор уже не может к нему обращаться с обязательством предоставить доступ к этой линии. Такие оговорки направлены на то, чтобы не лишить оператора стимула к развитию собственной инфраструктуры.

В общем, существенным операторам пора потихоньку готовиться к открытию своей «последней мили» во имя блага конечного потребителя. Но ведь не бесплатно же!

Чего стоит демонополизация

Ситуация с предоставлением доступа к «последней миле» сегодня похожа на ту, которая сложилась накануне 2006 г. в отношении услуги сетевого присоединения и пропуска трафика при межоператорском взаимодействии. Цены определялись частными договорами, а официальным руководящим принципом при их назначении было традиционное ценообразование «издержки +», благодаря чему СО мог включить в эту цену затраты на самое дорогое оборудование и любые —далеко не экономичные! — ресурсы. Мало того, по той или иной причине СО всегда мог отказать в подключении альтернативному, вплоть до того, что сделать это уже на одном из этапов подписания договора.

Все изменилось после 2006 г., когда СО уже вынуждены были подключать АО и обеспечивать пропуск их трафика, причем средние цены на подключение, по данным «Связьинвеста» за полтора года с начала 2006-го в зависимости от уровня и типа присоединения упали в 2–10 раз. На порядок уменьшилось и число жалоб в надзорный орган связи (тогда еще Россвязьнадзор).

Ожидается, что в отношении «последней мили» будет применен аналогичный подход. Только расчеты здесь гораздо сложнее. При определении предельных тарифов придется учитывать довольно большое число факторов — это раздельный учет типов ресурсов, доступа, самих услуг, рыночную стоимость арендуемых площадей и инженерных ресурсов в соответствующих регионах, а также плотность населения и его социальный состав. Кроме того, регулятору предлагается вводить временную дифференциацию коридора предельных цен для того, чтобы дать возможность, с одной стороны, СО покрыть затраты и стимулировать инвестиции в ресурсы связи, относящиеся к классу сетей NGN, а с другой — помочь АО быстро выйти на рынок и накопить ресурсы для инфраструктурной конкуренции.

Итак, Мининформсвязи готовится к взятию еще одного барьера на пути к полной демонополизации подконтрольной отрасли — возможно, наиболее сложного как с технологической точки зрения, так и с юридической, поскольку в разрешении многих вопросов нормативной базы отрасли связи будет недостаточно: все, что касается имущественных взаимоотношений операторов и третьих лиц, в данном случае регулируется гражданским и земельным законодательством, которое, по всей видимости, тоже потребуется менять.

Проделав эту работу, регулятор сможет освободиться от мелочной опеки отдельных операторов и займется управлением отношениями равноправных игроков на рынке связи. Со своей стороны операторы получат шанс избавиться от вмешательства государства в управление биз-нес-процессами и тем самым получить большую свободу в своем развитии..





  
14 '2007
СОДЕРЖАНИЕ

бизнес

• Как делили «последнюю милю»

• ЦОД «в комплексе»

инфраструктура

• NAC: и больше и лучше

• Администрирование в движении

• Стандарт NEA

• Будущее DVR в свете внедрения IP-систем видеонаблюдения

сети связи

• «Многоликие» фиксированные беспроводные системы

• Что такое конвергентная сеть и как к ней перейти?

информационные системы

• Ключевые параметры для управления call-центром

• BPEL4People: человеческий фактор

• Изменения в стеке Windows повышают производительность сети

защита данных

• В поисках совершенства

электронная коммерция

• Эффективность ЦОДов: все дело в метриках

• Оптоволокно меняет облик внешних кабельных инфраструктур


• Калейдоскоп



 Copyright © 1997-2007 ООО "Сети и Системы Связи". Тел. (495) 234-53-21. Факс (495) 974-7110. вверх